ЗАВТРА – ВОСКРЕСЕНЬЕ

Вадим Леванов

 

ЗАВТРА – ВОСКРЕСЕНЬЕ

пьеса в двух действиях

 

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:

 

МУЖ

 

ЖЕНА

 

ПОСЛЕДНИЙ ГОСТЬ

 

 

 

 

 

Действие первое

 

 

 

 

Двухкомнатная квартира со следами недавно оконченного празднования.

 

С краю за столом сидят Муж и Последний гость. Оба курят, оба изрядно выпили, но еще не потеряли ясности мыслей.

 

Входит Жена, демонстративно убирает со стола.

 

 

 

 

 

ПОСЛЕДНИЙ ГОСТЬ (размахивает вилкой, с насажанным на нее кусочком салями, не обращая внимания на жену). Во-от! Кому сейчас все это надо? Кому-у?! Жить негде!.. (Жует.) Жрать нечего! Безработица, блин! Все – бастуют! Никому не платят ни хрена! И вообще! Расслоение общества! Инфляция! Как Щедрин-Салтыков тогда еще говорил? “За наш рубль сейчас ни фига не дают, а скоро вообще будут в морду давать!” (Наливает себе из бутылки водку, пьет.) Нет, все-таки водка “Родник”, вот хоть убей меня!… лучше этого импортного дерьма, хоть “Распутина”, хоть “Смирнова”…

 

МУЖ. Нет, ну “Смирнофф” она тоже ничего…

 

ПОСЛЕДНИЙ ГОСТЬ. “Родник” – классная водка. Эх, и накушался я у Светки последний раз! Нажрался, можно сказать! (Тушит окурок о блюдце.) Надо только по донышку бутылки ладонью… (Показывает.) И если остался след алюминиевый… Во-от! (Показывает.) Эта водка – экологически безвредная для здоровья, потому что на нашем ликеро-водочном – алюминиевый конвейер...

 

МУЖ. Нет, “Смирнофф” тоже… Я тебе скажу… (тушит окурок о блюдце.)

 

ЖЕНА (Мужу). Что ты делаешь?! А?! Нет, ну вот что ты делаешь?! Трудно пепельницу взять?! Да?! Как свинья самая настоящая! (Собирает со стола.)

 

ПОСЛЕДНИЙ ГОСТЬ (Жене). Катенька! Радость моя! Екатерина великая! Ты нас это… не ругай! Мы хорошие Ты меня извини! Я сейчас пойду! Выпью, вот… и это… пойду… Екатерина! Ты ж знаешь, как я тебя люблю! И обожаю!

 

МУЖ. Кать, ты давай… Брось все это… Давай посидим, выпьем…

 

ЖЕНА. Убирать ты будешь? И вообще! Может, хватит уже? Вы и так уже оба…

 

МУЖ. Завтра уберем! Завтра все уберем!

 

ЖЕНА. Как же! Так ты завтра и разбежался! До обеда спать будешь. Потом у тебя репа будет раскалываться. Потом похмеляться!..

 

ГОСТЬ. Катенька! Ты ж это… Погоди! Екатерина! Завтра – воскресенье! Все-таки праздник сегодня, твой день!.. Давай это… выпьем с тобой… за тебя, за твое здоровье и процветание! А!? (привстал, пытаясь обнять Жену, локтем задел кофейник, который, естественно, вдребезги.)

 

 

 

Пауза.

 

 

 

Во-от че-ерт!.. Что ты ляжешь будешь делать! Во-от! Ну надо же! А?!.. Я сейчас все это… уберу… Я сейчас! Катенька! Тв меня прости! Христом Богом!… Вот ведь! Сейчас все будет нормально…

 

МУЖ (Гостю). Ты не волнуйся! Все нормально! Все в порядке!

 

 

 

Жена швыряет на стол собранные вилки, уходит на кухню.

 

 

 

ГОСТЬ. Ну надо же! А?! (Собирает осколки.) Не везет! Вечно мне все под руку. Черт бы меня побрал совсем!

 

МУЖ. Оставь! Оставь, говорю. Мы все уберем. Сами… Завтра…

 

ГОСТЬ. Я это… не специально… я нечаянно и не нарочно. Когда выпью всегда мне что-нибудь под руку подворачивается! Во-от! Ни в чем мне не везет! Никогда.

 

МУЖ. Ерунда! Завтра… все сделаем. Давай выпьем лучше…

 

ГОСТЬ (складывает осколки на тарелку). Катерина обиделась? А? Да? Я ей весь праздник испортил!.. Да? Может это… я извинюсь пойду? А? Я ж не нарочно! Не специально ж я!

 

МУЖ. Брось! Давай выпьем! (Наливает себе и Гостю).

 

ГОСТЬ. И чего мне так не везет? (Складывает осколки на стол, берет рюмку, чокается мужем.)

 

 

 

Оба пьют, закусывают. Пауза.

 

 

 

Ни в чем не везет… Что с женщинами возьми!.. Что за жизнь! А какой завтра день?.. Во-от. А ты говоришь – культура! Какой там у нас может быть культура, когда… (Наливает себе сам, пьет.)

 

ЖЕНА (возвращается, Мужу). Где сигареты?

 

МУЖ. Сигареты?.. А! Вот! (Берет со стола пачку, подает Жене.)

 

ЖЕНА (заглядывает в пачку). Пустая! (Мнет пачку, бросает на стол.)

 

МУЖ (шарит по карманам). А больше… больше нет… Ты на кухне глянь.

 

ЖЕНА. Там нет!

 

МУЖ. Кончились?

 

ГОСТЬ. У меня вот (достал пачку) “Кэмел”… без фильтра только. Армейский вариант. Ты такие будешь, нет? Крепкие очень.

 

ЖЕНА. Плевать! (Берет у Гостя сигарету.)

 

ГОСТЬ. На таможне это партию задержали “Кэмела” этого. Контрабанда!.. Катенька, солнышко, ты извини меня, Христа ради! Я это… честное слово, не хотел! Я тебе весь праздник испортил?! Да?!

 

ЖЕНА. Сервиз… (прикуривает) ты мне испортил.

 

ГОСТЬ. Что ты говоришь?!!

 

ЖЕНА. Уникальный сервиз ты мне грохнул. Севрский фарфор! (Уходит.)

 

ГОСТЬ (в след ей). Ай-яй-яй! Боже мой! Что ты говоришь!.. Я тебе это… достану! Такой же в точности!.. Честное слово!

 

МУЖ. Ерунда. Все нормально.

 

ГОСТЬ. Я правда достану! У меня в комиссионке это… Тут надо пол подтереть. Тряпку где?.. А?

 

МУЖ. Брось. Мы сами. Завтра… Давай выпьем!.. (Наливает.)

 

ГОСТЬ. Что за жизнь такая дурацкая?! Во-от!

 

 

 

Оба пьют. Пауза.

 

 

 

Я сейчас пойду. (Рассматривает осколки кофейника.) А может, склеить попробовать? А?

 

МУЖ. Ерунда. В голову не бери.

 

ГОСТЬ. Черт бы меня побрал совсем!.. У меня есть баба знакомая… В комисионке работает. Я пойду сейчас…

 

МУЖ. Погоди! Давай выпьем. (Наливает.)

 

 

 

Оба пьют. Пауза.

 

 

 

ГОСТЬ. Ладно! Я это… пойду… Сколько там времени?

 

МУЖ. Погоди… Восемь минут второго.

 

ГОСТЬ. О-о! Пора! Надо идти… И так надоел уж вам! А какой завтра день?

 

МУЖ. Тринадцатое. Тебе денег на тачку дать?

 

ГОСТЬ. Не-ет! Я тут это… У меня тут баба знакомая… недалеко тут. Я туда.

 

МУЖ. Ясно.

 

ГОСТЬ. Извини. Я Катьке весь, понимаешь, праздник испортил, да?.. Ты меня не провожай. (Выходит в коридор.) Спасибо за все. Извини!

 

МУЖ. Брось! Все нормально. Тебе – спасибо, что пришел!

 

ГОСТЬ (кричит, обращаясь к Жене). Катюша! Катенька! Спасибо тебе это… большое! Я ухожу! Извини меня, Христа ради! Я тебе точно такой же… У меня это в комиссионке!.. И склею тоже. Честное слово! Кать! Ты меня прости! Я не нарочно, ей Богу, нечаянно! Я ухожу уже! До свидания!

 

МУЖ (громко). Кать! Выйди что ли! Человек же уходит!

 

ГОСТЬ. Не-не! Не надо! Все нормально! Все хорошо! Не беспокойся!

 

МУЖ. она спать, наверно, пошла! (Зовет.) Катя! Кать!

 

ЖЕНА (выглядывает из комнаты). Ну, чего тебе еще?!

 

МУЖ. Уходит же человек! Что ты в самом деле?!..

 

ГОСТЬ. Катюша! Кать! Прости меня, дурака! Ты же знаешь, как я тебя люблю! Я пойду. Спасибо это за все! Все было классно и вообще! Ты это… не сердись уж! Я тебе обещаю!… Ну! До свидания, в общем!

 

ЖЕНА (Гостю). До свидания. (Мужу.) все?! (Уходит в комнату, хлопнув дверью.)

 

 

 

Маленькая пауза.

 

 

 

ГОСТЬ. Ну ладно!.. я пошел!.. Все. Пойду…

 

МУЖ. Ты заходи давай. Заходи.

 

ГОСТЬ. Ага. Естественно!.. Вот жизнь дурацкая!.. Я сейчас к бабе это…

 

МУЖ. Понятно.

 

ГОСТЬ. Она хорошая. В комиссионном, правда, работает…

 

МУЖ. денег дать на тачку?

 

ГОСТЬ. Не-ет! Тут же рядом совсем! Два шага!.. Замуж ей надо. За меня хочет замуж! (Усмехается.) вот жизнь!

 

МУЖ. А ты?

 

ГОСТЬ. Смеешься? Ты ж знаешь!.. Слушай, давай это… выпьем!

 

МУЖ. Правильно! (Идет к столу, наливает.)

 

ГОСТЬ. Во-от. Выпьем, и я пойду… А то это… Времени уже много. Ты, не знаешь часом, какой сегодня курс? А?

 

МУЖ. Нет. А чего?

 

ГОСТЬ. А сколько времени-то уже?

 

МУЖ (смотрит на часы). семнадцать минут.

 

ГОСТЬ. О-оо! Пора! Пора-пора! Давай выпьем! И я пойду…

 

МУЖ (подходит с рюмками, подает одну Гостю). А она тебя пустит?

 

 

 

Оба пьют.

 

 

 

ГОСТЬ. Пустит. Она классная вообще! Замужем не была никогда. Или была?.. Я уже не помню. Не важно… (Подходит к столу, наливает себе, пьет.)

 

 

 

Пауза. Во время монолога Последнего гостя Жена выходит из комнаты и убирает со стола. Муж садится, закуривает.

 

 

 

Зоя. Ее зовут – Зоя. Хотя она и работает в комиссионке. Я ее люблю. Или она меня любит. (Пауза.) А еще я любил… однажды… вожатую в пионерском лагере. Ее Рая звали… Ее жесты, ее движения были полны для меня удивительного совершенства. Когда она поворачивала голову, слегка наклоняя свою прелестную шею – меня охватывала дрожь… У меня дрожали колени и руки. Я хотел быть с ней рядом всю свою жизнь. Какое счастье всю жизнь видеть, как она поворачивает голову, как подрагивают ресницы ее сомкнутых век, как движется ее колено, когда она перебрасывает ногу на ногу… И никто не был нужен мне, кроме нее! (Пауза.) В пионерском лагере мы запускали воздушных змеев. Был какой-то конкурс на лучшего воздушного змея. Я делал его очень долго и тщательно, я очень старался! Он получился огромный, как громадный кондор. Он был великолепен! Он трепетал в моих руках, он оживал, почувствовав ветер! Как он взмыл вверх, в чистое-чистое, прозрачно-голубое небо, такое безбрежное, безграничное. Он ворвался в это небо, пронзая его, чувствуя свободу, он рвался из моих рук!.. И я не смог его удержать! Он вырвался! Я отпустил его… Я бежал за ним и плакал от ощущения полета, свободы, счастья! Будто это я сам летел! Я плакал от предчувствия… ожидания предстоящей мне прекрасной, безграничной, как это небо, удивительной жизни… которая вся была тогда передо мной… Он улетал. Становился все меньше и меньше. На него было больно смотреть против солнца. Я заслонялся ладонью. Слезы текли по щекам… У них был такой сладко-горький вкус… счастья. Я был счастлив! (Пауза.) В тот день я впервые был с женщиной. С пионервожатой. Она смеялась. Я чем-то ее рассмешил… Наверное, всем. Она смеялась. А мне было больно и хорошо. Я целовал ее волосы, пахнувшие костром, ее смеющиеся, нежные, влажные, жадные губы. Она смеялась и была очень нежна со мной. (Пауза.) Какой был вчера курс доллара? (Пауза.) Я сделаю огромного… воздушного змея. С одной стороны здоровенными буквами напишу – “Рая”, а с другой – “Зоя”. И запущу!.. Он полетит, полетит! Может, я опять… смогу почувствовать себя таким же счастливым! (Пауза. Наливает себе, пьет.) Ты не знаешь, какой вчера был курс?..

 

МУЖ. Зачем тебе?

 

ГОСТЬ. Интересно мне! Интересно… Пойду я…

 

МУЖ. Денег дать? На такси?

 

ГОСТЬ. Нет. Я же говорю, мне два шага тут. Пешком, пешком.

 

МУЖ. А со Светкой? Все?

 

 

 

Небольшая пауза.

 

 

 

ГОСТЬ. Ты же знаешь. Она мне ультиматумы ставит. А я не могу! Не жизнь, а!.. Ну, ладно, я пошел! Будь здоров. Вы меня все-таки извините. Все! (Громко, обращаясь к жене.) Света! Ой, тьфу ты… Катя! До свидания! Я пошел это… Ты меня прости! Ты же знаешь, как я тебя обожаю… Спокойной это… ночи!

 

МУЖ. Она, спит, наверно… (Зевает.)

 

ГОСТЬ. Ну, все! Пошел. Пока! Спасибо еще раз. Пошел

 

МУЖ. Ну, ты не пропадай.

 

ГОСТЬ. Ты это, слушай… У тебя мой телефон есть?

 

МУЖ. есть, да.

 

ГОСТЬ. Ты это звони! Хорошо? Ты прямо завтра мне и позвони?.. Ладушки? Часов… А сколько щас времени натикало?

 

МУЖ. Два доходит (Зевает.) Или уже.

 

ГОСТЬ. О-оо! Все! Я пошел. Извините. Это… завтра позвони. Обязательно.  А доллара какой сегодня, в смысле вчера курс?.. Эх! Что за жизнь!.. (Уходит.)

 

 

 

Пауза.

 

 

 

МУЖ (громко). Ты спишь?!

 

ЖЕНА (выходит). Ушел? (Короткая пауза.) Слава Богу!.. Что нельзя было его выставить?!.. А он, что – совсем не понимает? Что ты сидишь?! Упился, как боров… Куда он пошл в два часа!! До двух часов проторчал!! Ты ему опять денег на такси дал?

 

МУЖ. Нет…

 

ЖЕНА. Куда он пошел, интересно?

 

МУЖ. К какой-то подружке своей. Говорит, тут где-то близко.

 

ЖЕНА. Очень интересно! А Светка с ним сходиться собралась!

 

МУЖ. Откуда ты знаешь?

 

ЖЕНА. Дура! Самая настоящая дура! Говорит: “Устала быть одна. Не могу больше…” По мне лучше уж одной, чем… Надо ей сказать!

 

МУЖ. Зачем?

 

ЖЕНА. Зачем-зачем? Затем! Чтоб глупостей опять не делала!

 

МУЖ. Почему ты его так не любишь?

 

ЖЕНА. Зато он меня очень любит! Через каждое слово: “Ты же знаешь, как я тебя люблю!” А сам глазенками своими так и зыркает – забеременеть можно! Да еще облапать норовит. А ты, как кретин смотришь, и лыбишься, как умственно неполноценный.

 

МУЖ. Да ладно тебе.

 

ЖЕНА. Между прочим, когда ты за водкой в ларек бегал, знаешь что он мне сказал?

 

МУЖ. Что?

 

ЖЕНА. “Катенька, – говорит, – бриллиант ты мой без оправы. Ты же знаешь, – говорит, – как я тебя люблю. Взял бы, – говорит, – на руки, и понес!” Я его спрашиваю: куда? В другую комнату? А он ухмыляется, так, знаешь, как котяра, и обратно: “Ты же знаешь, как я тебя люблю!” Я ему: а нести не надорвешься? А он ухмыляется все, глазками так раздевает! Потом про одиночество своей души чего-то запел, воспоминания пошли, сопли пионерские. Ну, это уж как всегда. У всех мужиков – одна песня! И все так интимно, вполголоса, на грудных резонаторах! И все облапить норовит!

 

МУЖ. Он просто пьяный был! Ему пить нельзя! Как выпьет – все! Спасайся!

 

ЖЕНА. Пьяный! Ага! Да чтоб его напоить – цистерну надо! И еще мало будет! Все на брудершафт со мной пить лез. “Давай, – говорит, – выпьем на брудершафт, и поцелуемся троекратно”, – в знак чего-то там, мне выслушивать было некогда, надо было горячее подавать. А ты мог бы, между прочим, и не бегать за водкой. Достаточно уже было, и так все были уже загазированные выше крыши. А то бегал, бегал, а я тут, как дура последняя, гостей, твоих, между прочим, друзей, развлекала. Где ты бегал столько времени, надо еще выяснить!

 

МУЖ. Где-где! Наш ларек, который с остановкой рядом – снесли. Пришлось до Коммунистической тащиться.

 

ЖЕНА. Твой дружок под меня подбивает, а тебе, значит, плевать с высокой колокольни, да? “Катенька-катюша, бриллиант, брудершафт! Ты ж знаешь как я тебя!” – и глазками, глазюками своими похотливыми, масляными! Котяра! Кобель!

 

МУЖ. Да дурак он, когда пьяный! И все. У него тут баба какая-то рядом… В комиссионке, говорит, работает.

 

ЖЕНА. В комиссионке?.. Это которая на Победе комиссионка? Вот значит… Запасной вариант! А Светка – дура! Комиссионка – к услугам населения! Интересно, а эта его комиссионщица – тоже подержанная?

 

МУЖ. Почему это тебя интересует-то?

 

ЖЕНА. Завтра Светке позвоню! “Сходиться”! Дурища! Я ей говорила! “Он, – говорит, –мне нужен исключительно как мужчина, как сексуальный партнер!” Я ей говорю: другого что ли партнера не найдешь? “Он, – говорит, – в этом смысле не зауряден!”

 

МУЖ. Это она сама так сказала?

 

ЖЕНА. Кобелино! Самец! И она тоже хороша! И эта по сниженным ценам, которая, тоже его за эти достоинства ценит.

 

МУЖ. Что ты его так не любишь?

 

ЖЕНА. Ты зато с ним целоваться готов! Ага! Вечно ему деньги даешь на такси! А он хоть рез единственный – вернул?! Он тебе хоть раз что-нибудь?!.. Он зато тебе готов украшение ветвистое на лоб устроить!..

 

МУЖ. Да ладно тебе! Он все-таки мой друг…

 

ЖЕНА. Друг-то друг, а в лапоть-то – серет!

 

 

 

Муж смеется.

 

 

 

Какой кофейник разбил! Мне мать всеми правдами и неправдами этот сервиз доставала!.. А этот сволочь!.. Тьфу! Паразит! Кобель несчастный! Что вот теперь делать прикажешь?! Без кофейника весь сервиз – к черту!

 

МУЖ. Ты ж видела, как он переживал. Может, правда найдет такой. Через эту свою, в комиссионке.

 

ЖЕНА. Жди, как же! Да он и не вспомнит не разу! Найди такой! Размечтался! Завтра, после своей по сниженным, он где был не вспомнит! Таких сервизов на весь Союз, может, от силы десть штук было! Обидно! До слез просто!

 

МУЖ. Посуда, между прочим, к счастью это… бьется! (Зевает.)

 

ЖЕНА. Издеваешься, да?

 

МУЖ (обнимает ее). Пойдем спать. Не расстраивайся, а? Спать? А?

 

ЖЕНА. А в комиссионку не хочешь сбегать? Может у тебя тоже какая-нибудь продавщица беляшей есть? Или киоскерша какая? А?

 

МУЖ. Почему киоскерша именно?

 

ЖЕНА. А кто?! Ларечница? Или приемщица стеклотары, может?

 

МУЖ. Ага. Кондукторша. В метро.

 

ЖЕНА. Вот-вот! Вы все одним миром мазаны! то-то я смотрю, ты с работы своей дебильной такой являешься… удовлетворенный!

 

МУЖ. Да ладно тебе?.. (Зевает.) Может, спать пойдем?

 

ЖЕНА. А убирать – соседи придут?

 

МУЖ. Завтра! Завтра все уберем.

 

ЖЕНА. Как же! Добудишься тебя завтра! Тебе теперь только до кровати дойти! Пушками завтра не поднимешь! Как только соседи в стены не стучат, удивительно мне! От твоего храпа стены трясутся, штукатурка осыпается!

 

МУЖ. Да ладно… Не храплю я вовсе. (Зевает.)

 

ЖЕНА. Друг твой – он не храпит, это точно. Гигант сексуальный! Ему храпеть некогда. Он старается. Эти по сниженным ценам, знаешь какие?!

 

МУЖ. Далась тебе она? Что ты на них обоих взъелась? Тебе с ней детей крестить?

 

ЖЕНА. А может мне завидно?!

 

 

 

Небольшая пауза.

 

 

 

МУЖ. Пусть живут, как хотят. И с кем хотят. Не судите (зевает), да не судимы… (Зевает.)

 

 

 

Пауза.

 

 

 

ЖЕНА. Устала, как собака. Гости эти – каторга просто! А по нынешним временам еще и разорение. Ужас! Сколько денег хлопнули! Сколько наготовила всего, как дура, старалась, а половины, вон, не сожрали!..

 

МУЖ. Самим больше достанется. (Зевает.)

 

ЖЕНА. Зажрались они, вот что! Два дня с кухни не вылезала, а вот, посмотри, все на столе осталось!

 

МУЖ. Не пропадет, не переживай…

 

ЖЕНА. Обидно, понимаешь?! Не хотела, ведь, праздновать! Все ты!.. Не люблю я когда остается, когда не съедают! Я это есть потом – не могу!

 

МУЖ. Зато  выпили все подчистую! Даже бегать, вон, пришлось. Все – напились в зюзю!.. Вот и не съели поэтому.

 

ЖЕНА. Перепились все, точно! До состояния дров. И ты в том числе.

 

МУЖ. я? Я – нормально. (Зевает.)

 

ЖЕНА. Вон у Бахрахов – только бутерброды всегда! Нарежут мелкие-мелкие, с ноготок, колбаску на них или консервов каких, подешевле – чуть-чуть, а сверху по пучку травы, петрушки какой-нибудь или этой, которую я тереть ненавижу – как ее?.. Киндза! И называется – а-ля фуршет! Дешево и сердито!.. Вот, не хотела, ведь, праздновать! Все – ты!

 

МУЖ. Ну, как это… Такое событие все-таки… Юбилей! (Обнимает ее.) Пойдем, а?

 

ЖЕНА (уходит от объятий). Как дура! Одно разорение! На одну водку – бешеные деньги ушли! И ты еще в ларек поперся! И так уж все были в стельку! Я тебе и так и эдак… а ты, как пенек стоеросовый!

 

МУЖ. Не хватало же…

 

ЖЕНА. Обошлись бы! И так уже!.. Они б и еще столько же выжрали, что ты еще раз не побежал? Этот друг твой разлюбезный сколько вылакал! Больше всех остальных, вместе взятых… Тебя, разве, исключая! Глотка у него луженая, как в бочку бездонную – хлоп! И не поморщился ни разу!

 

 

 

Пауза.

 

 

 

Кошмар! Убирать еще надо!

 

МУЖ. Ну, давай – завтра! А? Сама же говоришь, что устала, как собака. А сейчас спать пойдем…

 

ЖЕНА. Нет! Я не могу грязную посуду на утро оставлять!.. Какой разгром! Ужас! Завтра, если утром ее мыть – на весь день настроение к черту! Какой бардак! (Собирает со стола, несет на кухню.)

 

 

 

Муж вздыхает. Собирает со стола, несет на кухню, возвращается. Составляет на край стола бутылки, изучает, сколько в них еще осталось. Прислушивается к шуму воды на кухне. Наливает себе, пьет. Садится. Встает, вставляет кассету в видеомагнитофон, включает его. Садится. Некоторое время сидит неподвижно, уставившись в экран. Закрывает глаза. Лицо его остается неподвижно, только губы чуть-чуть шевелятся - сжимаются и разжимаются.

 

Всхрапывает и от этого просыпается. Продолжает сидеть с пустой рюмкой в руках. Протягивает руку, берет бутылку, выливает остатки себе в рюмку, пьет.

 

 

 

ЖЕНА (входит). Мало тебе? Не хватило? Может мне еще в ларек сбегать?

 

МУЖ (придвигает к себе пепельницу, выбирает окурок). Все «бычки» в помаде… Испоганили все «бычки»… Добро только переводите

 

ЖЕНА. Я как дура последняя!… (Садится.)

 

МУЖ. Дай спичку.

 

ЖЕНА. Что?

 

МУЖ. Спички, говорю, кинь, вон около тебя… Пожалуйста.

 

ЖЕНА (кидает в него коробком). У меня сегодня – день рождения! Что ты мне подарил?! Что?!

 

МУЖ. Цветы – лучший подарок женщине.

 

ЖЕНА. Вот это?! (Вытаскивает из вазы букет.) Это – цветы?! Нет, я спрашиваю, это цветы, по-твоему?! Да? Они позапрошлый год завяли!! Или ты специально такие купил? Подешевле, да?! Чтоб на сигареты себе сэкономить?!

 

МУЖ. И тебе, между прочим, тоже…

 

ЖЕНА. У меня из кошелька последние деньги выгреб и мне же на них купил!.. Подарок!

 

МУЖ. Я ж не виноват, что там три узбека или кто они там, всего стояло! С цветами – всего трое, и те узбеки-таджики, не знаю кто! Не было других. Эти – самые приличные… Что тебе не нравится?…

 

ЖЕНА. Другие женам… да что женам – любовницам – бриллианты дарят!..

 

МУЖ. Слушай, давай спать, а?!

 

 

 

Пауза.

 

 

 

Давай спать это… Правда.

 

ЖЕНА. Иди, спи.

 

МУЖ. Только не надо! Не заводись, пожалуйста! У меня тоже нервы не это… Давай хоть раз тихо, по нормальному, без это… эксцессов (зевает) ляжем спать. Я все понимаю. Ты – устала. Как собака. Понимаю. У тебя – накипь.

 

ЖЕНА. Что у меня?

 

МУЖ. Накипь. Как у чайника. Когда он кипит, а кипит он постоянно, – образуется накипь, осадок…

 

 

 

Пауза.

 

 

 

ЖЕНА. Завтра пойдем подавать на развод.

 

 

 

Короткая пауза.

 

 

 

МУЖ. Я тебя очень прошу! Давай ляжем спать!

 

ЖЕНА. Ты слышал, что я сказала?

 

МУЖ. нет.

 

ЖЕНА. Что – “нет”? Не слышал?!

 

МУЖ. Ну, слышал, слышал! Ну, хоть раз давай!

 

ЖЕНА. А что тогда – “нет”?!

 

МУЖ (не сразу). Никуда мы не пойдем. Завтра.

 

ЖЕНА. Да-а?! И почему – интересно?!

 

МУЖ. Я ж тебя просил: пойдем спать…

 

ЖЕНА. Нет, мне интересно очень знать: почему мы завтра никуда не пойдем?! А? Ты – скажи, будь так добр! А?!

 

 

 

Муж тушит окурок о блюдце.

 

 

 

(Кричит.) Не смей о блюдце! Свинья!

 

МУЖ (кричит). Хватит! Орать! (Тихо.) Хватит. (Хватает блюдце и с размаху швыряет об пол.)

 

 

 

Блюдце, естественно, разбивается вдребезги. пауза.

 

 

 

ЖЕНА. Так! Все! Хватит! Мне это надоело! (Снимает фартук, бросает на стол, выходит в прихожую, надевает там туфли, проходит в другую комнату, возвращается с сумочкой.)

 

МУЖ. И куда это ты?..

 

ЖЕНА. Не беспокойся.

 

МУЖ. я не беспокоюсь. Я спрашиваю: куда ты собралась?

 

ЖЕНА. Не беспокойся. Мне есть куда пойти. Может, у меня тоже… есть какой-нибудь… сторож кооперативного туалета! Тебе это никогда не приходило в голову? Матери не звони, меня там не будет. Наташку от своих заберешь сам. (Глядя в зеркало шкафа, подкрашивает губы, причесывается.)

 

МУЖ. Куда ты?

 

ЖЕНА. Завтра пойдем подавать заявление на развод. (Выходит, возвращается.) Не забудь телевизор выключить. Завтра – пойдем!

 

 

 

Пауза. Жена выходит. Лязгает входная дверь.

 

 

 

МУЖ. завтра – воскресенье. (Некоторое время сидит неподвижно. Встает. Из всех стоящих на столе бутылок сливает остатки себе в рюмку, пьет. Придвигает кресло ближе к телевизору, устраивается в нем, положив руки на стул, сидит уставившись в экран. Закрывает глаза. Губы его непроизвольно сжиматься и разжиматься. Вновь всхрапывает и от этого просыпается. Растирает ладонями лоб, встает. Выбирает из пепельницы окурок.) все фильтры в помаде! Черт!.. (прикуривает.) Воскресенье завтра! (Опускается в кресло.) Воскресенье… (пауза.) Когда мы только поженились. Только-только. Я тогда уехал. В командировку. Почти сразу. И на четыре месяца. Мы были женаты всего три недели. До этого мы встречались. Сколько? Примерно – год. И за этот год мы только три раза. Три раза мы были вместе. И всегда это было как-то второпях. Не так. Когда у тебя – могли прийти твои родители, ты нервничала, дергалась. А у меня в соседней комнате – парализованная бабка. И было еще хуже. Когда мы поженились – жили у твоих. Твоя мать по утрам заходила к нам в комнату – достать что-то из шкафа или еще за чем-то. и ее взгляд был оценивающий. Она украдкой, но внимательно разглядывала как мы спим. И если твоя голова лежала не на моем плече, если ты спала, как ты любишь, свернувшись калачиком, поджав к животу коленки, твоя мать потом смотрела на меня косо. И приставала к тебе с нелепыми вопросами: “Вы поссорились? Поругались? Что-то произошло?” Наш диван жутко скрипел. Это раздражало. Тебе казалось, что им все слышно. (Помолчав.) и вот, тогда я уехал в эту командировку. Там я встретил женщину. Мы были женаты с тобой целых три недели. Я безумно тебя любил. Когда я приехал в этот маленький пыльный волжский город. черемуха уже отцвела. Но город все еще был пропитан ее душистым благоуханием. Я безумно тебя любил. Я писал тебе из этого маленького светлого городка. Длинные письма. Каждый день. Потом ты показала мне огромную пухлую пачку писем. При переезде мы их выбросили. Я любил тебя. (Пауза.) И встретил ее. Она была совсем другая. Она была взрослее меня, хотя и моложе. Ей было двадцать. Кажется. Она все знала, все умела, все понимала. Цвели яблони. У нее была сложная, грустная жизнь. Какое-то страшное детство, отчим, который ее изнасиловал, больная мать, брат-наркоман, пытавшийся торговать ею. Она была сильная и смогла выстоять. Она вышла замуж, чтоб вырваться. Брак был неудачный. Он и не мог быть удачным… И еще неудачная любовь. Было жарко. Пыль. Цвели яблони. Она была очень сильной. Когда мы встретились, она была одна. Меня поразила ее сила, ее желание свободы. Она хотела любви, быть любимой. я влюбился. Но я не перестал любить тебя. Это было… Я не понимал, что это было. мне было хорошо с ней. Она любила меня. Она хотела от меня ребенка. Я испугался. Я думал о тебе. Писал тебе. Письма выкинули. Проклинал эту командировку. Я был несчастен и счастлив. Я испытывал к ней удивительную, дикую нежность. Такую нежность я испытываю только к дочери. Она все понимала! Была жара. Пыль. Яблони цвели. Три месяца мучительного счастья. Мы ходили на Волгу. Вода цвела. Я заплывал далеко-далеко, почти на середину. Было полно солитерной рыбы. Рыба плавала вверх брюхом. Пацаны глушили ее палками. Она все понимала. Понимала, что все скоро кончится, что, я уеду. Навсегда... Но от этого она любила меня еще сильнее. И никогда ни в чем меня не упрекала. Почему… так устроена жизнь?.. Маленький волжский город Старая часть сплошь – одно-двухэтажные деревянные домишки. Она жила в таком доме… В центре города, на запущенной площади под самым памятником Ленину, на выжженной зноем желтой траве, паслась коза, с печальными на выкате глазами.. (Пауза.) Потом я вернулся. Ты была такая счастливая. Я чувствовал себя подлым, виноватым. Мне было больно, стыдно, страшно… Я не мог забыть ее… Почему так устроена жизнь? Почему мне всегда так больно, когда я думаю о ней?.. Я любил тебя! Потом я еще несколько раз тебе изменял. Но никогда… никогда больше…

 

В деревянном доме пахло сухим старым деревом. В нем было хорошо и прохладно в зной.. за окнами шелестели огромные липы, очень старые. По улице на которой все домишки были старые, деревянные, покосившиеся ходил троллейбус. Новенький сверкающий, красный. И было чувство, что едешь сквозь прошлое. Куда? Зачем?.. Почему так устроена?.. Почему – больно?.. Жара. Пыль. Волга такая широкая. Яблони. Черемухой пахнет Площадь с козой. Вода цветет в Волге. Тишина. Покой… Какая тишина! Только гудение троллейбуса, мчавшегося мимо деревянных домишек… Я хочу остаться в этом деревянном домике, в этом городишке – маленьком, пыльном – навсегда!.. (Встает и выходит на кухню.)

 

 

 

Звук отпираемой двери. Входит Жена.

 

Жена стоит посреди комнаты, устало опускается в кресло перед видеомагнитофоном. Возвращается Муж. Берет со стола блюдце, тушит об него окурок. Пауза.

 

 

ЖЕНА. Ты не спишь?

 

 

 

Небольшая пауза.

 

 

 

МУЖ. Что твой сторож-кооператор? Обслуживает только по безналичному расчету? Или спит?

 

ЖЕНА (с закрытыми глазами). Помолчи.

 

 

 

Пауза.

 

 

 

МУЖ. Завтра – воскресенье. Выходной день.

 

 

 

 

 

 

 

ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ

 

 

 

 

 

ЖЕНА. Как?.. Как я могла выйти за тебя замуж?! Как?!

 

МУЖ. Завтра воскресенье…

 

ЖЕНА. Сегодня уже.

 

 

 

Короткая пауза.

 

 

 

МУЖ. Так что, говоришь, твой сторож?.. Не застала на боевом посту?

 

ЖЕНА. У него тоже есть «запасной вариант». Наверное. Как у всех.

 

МУЖ. И не один. Сигарет, конечно, по дороге не купила?

 

ЖЕНА. Все ларьки почему-то закрыты.

 

МУЖ. Все нормальные «бычки» я уже выкурил. Придется крутить «козьи ножки».

 

ЖЕНА. А спать ты не собираешься? Я думала, ты уже спишь.

 

МУЖ. Или меня уже нет дома? Так?

 

ЖЕНА. Ты хочешь сказать, что у тебя нет «запасного варианта»?

 

 

 

Короткая пауза.

 

 

 

МУЖ. А если у меня действительно нет?..

 

ЖЕНА. Верю – каждому зверю, а тебе, ежу – погожу. Может, будем спать ложиться? (Зевает.)

 

МУЖ. «Молилась ли ты на ночь…»

 

ЖЕНА. Не смешно.

 

МУЖ. Разве?

 

ЖЕНА. Боже мой! Как я устала! Как я не хотела праздновать! Все – ты! Что праздновать, спрашивается?.. Терпеть не могу свои дни рождения. Будь они неладны! Твоя мать даже поздравить меня нее соизволила! Позвонить, поздравить ей трудно было! Неделю ее уговаривали, чтоб она ребенка на день забрала! На один единственный день! Наташка там неизвестно как! Голодная, поди! Она ведь совсем за ней не смотрит. Не готовит никогда ничего. Целыми днями на телефоне висит, обсуждает со своими подружками, кто из них сколько раз в неделю со своими мужьями спит. Из самих уж песок сыплется… И все это при ребенке!

 

МУЖ. Отвезла бы к своей.

 

ЖЕНА. Ты мою мать не трогай! Мало она тебе сделала? Да? Мало?! Да если б не моя мать!.. Кто ты такой?! Нет, ну скажи, кто ты есть?! Нет никто и звать никак! Без меня, да без моих родителей… ты на свою зарплату штанов не купишь себе! А сколько тебе лет? Сколько лет?!

 

МУЖ. Ты, кажется, собиралась спать?

 

 

 

Пауза.

 

 

 

ЖЕНА. Я лягу здесь.

 

МУЖ. Отлучение от ложа? Или как там оно у них называлось?..

 

ЖЕНА. А ты на что-нибудь сегодня годишься?

 

МУЖ. По-твоему, я к употреблению не пригоден?

 

ЖЕНА. В таком виде – нет. И вообще…

 

МУЖ. Что – «вообще»?

 

ЖЕНА. Я устала и хочу спать (Встает.)

 

МУЖ. А я хочу знать, куда ты уходила. К кому?

 

ЖЕНА. Почему тебя это интересует? Меня, например, абсолютно не интересует… где и с кем ты проводишь свободное от семьи время. (Выходит в другую комнату.)

 

МУЖ. Я хочу знать!

 

ЖЕНА (возвращается постельным бельем). Хоти!

 

МУЖ. Он кто? Я его знаю?

 

 

 

Пауза.

 

 

 

ЖЕНА. Может, отложим этот разговор на завтра? (Стелит постель.)

 

МУЖ. Завтра уже началось. Сейчас – завтра.

 

ЖЕНА. Я очень устала. И очень хочу спать. Понимаешь? (Садится на диван, раздевается.)

 

МУЖ. Я тоже.

 

ЖЕНА. Тем более

 

МУЖ. Кто он такой? Кто?

 

ЖЕНА. Какая разница?

 

 

 

Небольшая пауза.

 

 

 

Я ни о чем сегодня больше не хочу говорить! И не буду! Я хочу спать! (Ложится, укрывается одеялом, отворачивается.) Все! Я сплю. Выключи, пожалуйста свет.

 

 

 

Пауза. Муж подходит к дивану, стоит над Женой, потом резким движением срывает с нее одеяло.

 

 

 

Ты что?!!

 

 

 

Муж молча раздевается.

 

 

 

Что ты делаешь?!

 

 

 

Муж ложится, пытается обнять Жену. Борьба.

 

 

 

ЖЕНА (вырывается). Пусти! Что ты делаешь?! Идиот! Отпусти меня! Больно мне! Сволочь! Пусти!!!

 

МУЖ (не выпускает). Я сейчас… тебя… (Пытается поцеловать.)

 

ЖЕНА. Пусти! Сволочь! Отстань, придурок! Псих! Пусти! (Вырывается, вскакивает, отбегает в сторону.) Скотина! (Хватает со стола тарелку, швыряет в Мужа.) Гад! Сволочь!

 

 

 

Тарелка разбивается о стену. Муж лежит неподвижно. Небольшая пауза.

 

 

 

Идиот! (Плачет.) Совсем уже, да? Я сейчас милицию вызову! (Подходит к телефону, снимает трубку.)

 

 

 

Муж отворачивается лицом к стене.

 

 

 

(Реагируя на его движение бросает трубку, хватает вазу с цветами.) Не подходи ко мне! Слышишь?! Псих ненормальный! Завтра же!.. Слышишь?! Завтра же!! (Плачет.)

 

МУЖ. Завтра – воскресенье.

 

 

 

Пауза. Жена с вазой в руках пробует подойти к дивану, чтобы забрать одежду. Муж вновь поворачивается, ложится лицом вниз. Жена отскакивает, уходит в другую комнату. Возвращается в джинсах, натягивая майку с застиранной надписью. В руках у нее по-прежнему – ваза. Муж лежит без движения.

 

 

 

ЖЕНА. Совсем уже, да?.. Я всегда знала, что ты такой! Мне мать всегда говорила, что он прибьет тебя когда-нибудь! Вот – дождалась, дожила!

 

 

 

Муж не отвечает.

 

 

 

Ну, все! Теперь – все! Хватит! Завтра!

 

 

 

Молчание.

 

 

 

Ты меня слышишь?! Слышишь, что я говорю?! А?!

 

 

 

Молчание.

 

 

 

Ты уснул что ли?! А?! Спишь?! Хватит тебе уже надо мной измываться! Все! Завтра же! Ясно?! Слышишь?! Что ты молчишь?!

 

 

 

Молчание.

 

  

 

Ты слышать не хочешь, что я тебе говорю?! Да?! Ты спишь?.. Слышишь?! Отвечай! А?! Ты живой?

 

 

 

Муж лежит, не шевелясь, не отвечает.

 

 

 

Ты живой, спрашиваю? А? Спишь?.. Плохо тебе? Эй! Ты слышишь?!.. Да ответь! Что с тобой? Ты не умер, а? (Осторожно приближается к дивану.) Плохо? Сердце что ли опять? Эй! (Наклоняется над неподвижным Мужем.) Ты дышишь, а? Да что с тобой? (Плачет.) Эй! Сердце? Плохо? Я боюсь!.. (Льет воду из вазы на лицо Мужа.)